![Саратовский «Завод АИТ» прячется от суда прикрываясь банкротством](/imgs/2023-10-23/5432.jpg)
Ситуацией с Саратовским заводом автономных источников тока заинтересовались на федеральном уровне. Обращение депутата Госдумы от КПРФ Ольги Алимовой к зампреду правительства - министру промышленности и торговли РФ Денису Мантурову, принесло результат. Минпромторг запросил разъяснений, почему прибыльное оборонное предприятие вдруг скатилось в банкротство.
Напомним, что в письме Ольга Алимова обращала внимание министра на то, что выгодополучатель у банкротного процесса один – это сам «Трансмашхолдинг». В пролете же может оказаться не только регион, но и вся страна – ведь на рынке аккумуляторов «Завод АИТ» был основным игроком. Говорится там и о полном равнодушии региональных властей к проблеме.
Аффилированность кредиторов изучит Минпромторг
Запрос из федерального министерства поступил 13 октября. В ответ ведомство подробно информируют обо всем, что происходило на предприятии после смены руководства в марте 2022 года. А именно – когда и как у завода возникла первоначальная задолженность по налогам, как ФНС предложила вариант урегулирования долга путем заключения мирового соглашения, и как после всех выгодных предложений новый директор ЗАИТ Станислав Егоров все равно подал заявление о признании предприятия банкротом.
Об этом решении Егорова регион уже пожалел – иск о банкротстве перечеркнул планы завода на льготный кредит от федерального Фонда развития промышленности. Более миллиарда рублей должно было получить предприятие на развитие производства и запуск проекта по выпуску новых видов аккумуляторных батарей. Для Саратовской области это означало бы не только появление дополнительных рабочих мест, но и мощный рывок в выполнении программы импортозамещения.
Но даже находясь в процедуре наблюдения завод не утратил перспективы – с учетом реального спроса на продукцию в 2023 году завод мог бы получить до 340 млн рублей чистой прибыли. Однако аффилированные с ТМХ кредиторы 18 сентября подписали предприятию приговор, решив добиваться в суде конкурсного производство. И областной арбитраж пошел у них на поводу.
К ответу на запрос из ведомства Дениса Мантурова приложена полная и подробная схема связей между «Трансмашхолдингом» и кредиторами, которой почему-то не заинтересовался областной арбитраж, хотя он эти данные получил раньше. О том, что доводить завод до финала решили именно аффилированные кредиторы, суду пояснили еще до вынесения решения о конкурсном производстве. Материалы даже приобщили к делу, но так и не потрудились исследовать. В результате 2 октября на заводе был поставлен крест.
Напрочь проигнорированы были не только эти скандальные данные, но и вообще все доводы оппонентов ТМХ. Результаты собрания кредиторов о введении конкурсного производства, оспорены, решения по этому обращению еще не вынесено. Но с самой процедурой председательствующая Елена Яценко решила не ждать.
На заседании 2 октября утонуло все: и просьба отложить вопрос до рассмотрения заявления об оспаривании результатов собрания кредиторов, и ходатайство о введении внешнего управления. Причем в последнем случае при этом формулировка отказа поражает юристов – дескать, ходатайство «направлено на преодоление решения принятого большинством количества голосов на собрании кредиторов». То, что большинство кредиторов аффилированы ТМХ, при этом суд не смутило.
Конкурсное производство хотят сделать «слегка беременным»
Конкурсное производство, как неоднократно подчеркивали эксперты, это процедура ликвидационная. Сколько бы ни доказывали представители ТМХ, что завод может работать и в таком состоянии, сколько бы ни подносили конкурс как спасение, законодательно это только подготовка к ликвидации предприятия. И вот теперь, когда ликвидационный механизм запущен, назначена дата нового собрания кредиторов с более чем странной повесткой. На 30 октября вынесен перечень из 10 вопросов и первым стоит вопрос... о заключении мирового соглашения.
Собранию также предлагается принять решение: продолжать работу завода до тех пор, пока комитет кредиторов не решит обратное; не увольнять работников - с той же оговоркой. Более того - конкурсному управляющему предлагается запретить уведомлять работников об увольнении, пока комитет кредиторов не решил закрыть завод, не расторгать контракты, и, более того – заключать новые и принимать на работу новых сотрудников. То есть, конкурсный управляющий фактически должен взять на себя функции уходящего со сцены директора предприятия. Хотя, по закону, его обязанности должны состоять абсолютно в другом – не в поиске заказчиков и собеседовании с персоналом, а формировании конкурсной массы и остановке предприятия. В это и заключается суть банкротства.
А потому происходящее на заводе окончательно превращается в театр абсурда. Для чего было сначала добиваться конкурсного производства, чтобы потом срочно выносить на собрание кредиторов варианты работы в обход него? Кто, кроме аффилированных «ТМХ» компаний, согласится заключать новые договоры с исполнителем-банкротом? Наконец, как инициаторы этого собрания представляют себе работу завода, по новым ли договорам, по старым ли, когда выручка, согласно условиям процедуры, тоже идет в конкурсную массу? Ответов на эти вопросы нет.
Вывезти в Энгельс и похоронить?
История с низведением успешного предприятия с востребованной, практически дефицитной продукцией до состояния должника, полностью зависящего от воли своих кредиторов, с самого начала наводит на мысль о срежиссированном процессе. Однако роль саратовских властей тут до конца непонятна – это может быть как равнодушие, так и сознательный расчет.
Стратегия развития Саратовской агломерации наводит мысль именно о втором варианте. Документ был сформирован еще до подачи иска о самобанкротстве Завода автономных источников тока. И в нем предприятие внезапно оказалось приписанным к промплощадке бывшей «Тролзы» в Энгельсе. Там сейчас располагается завод ПК «Транспортные системы», принадлежащий все тому же «Трансмашхолдингу». Неужели чиновники заранее похоронили завод, а потому так спокойно наблюдают за тем, как с промышленной карты Саратовской области исчезает еще одно крупное предприятие? Не хочется в это верить, однако проект застройки территории «Завода АИТ» в Саратове, о котором руководство ТМХ говорило прошлым летом, при таком раскладе явно не померещился.
Похоже, в правительстве никто не видит проблемы, что «Трансмашхолдинг» поглотит «Завод АИТ», как ГК «Русагро» поглотила «Солнечные продукты» - просто и без затей, через контролируемое, по шагам расписанное банкротство.
Вот только отвечать перед Минпромторгом РФ, почему стратегическое предприятие, работавшее на оборонку, так легко списывают со счетов, придется не только руководству «Завода автономных источников тока». Денис Мантуров вполне может спросить о том же, если уже не спросил, и губернатора, и министра промышленности региона. Только вот придумается ли сходу ответ, или и дальше чиновники будут исходить из интересов
Автор: Марьяна Заболотная