Сайт о мафиози и их пособниках

Точка в истории ТНП или многоточие

Просмотры: 869     Комментарии: 0
Точка в истории ТНП или многоточие
Точка в истории ТНП или многоточие

Итак, «Томскнефтепереработка» – нефтеперерабатывающий завод, расположенный в поселке Семилужки Томской области. Ранее в разных источниках стали появляться статьи о его бывшем владельце – Андрее Кнаубе. Мы решили изучить ситуацию тогда и сейчас. Чем закончилось дело, и за кем суды признали правду.

В статьях, появлявшихся с лета 2018 года, описывалась картина «предательства» бывших соратников Андрея Кнауба, которому противопоставляется высокий профессионализм, почти подвижничество героя. Тексты были очень похожие, написаны почти «одной и той же рукой», с одними и теми же фактами, с одной и той же фотографией воодушевленного бизнесмена-патриота.

«Версия» тоже поднимала эту тему, но в другом ключе. Сегодня Кануб на фоне уголовного дела в России прячется за границей.

Ну а теперь по порядку и с самого начала…

Завод с непростой историей

Небольшой завод в поселке Семилужки занимался первичной переработкой нефти, то есть выпускал не бензин и дизельное топливо евро-класса, а полуфабрикаты – бензин газовый стабильный (сырье для производства нефтехимической продукции), газойль (топливо для внутри-промысловых нужд), топочный мазут.

Ничем не примечательный завод – ни по объемам переработки, ни по качеству выпускаемой продукции – в сотнях километрах до границ (вспоминается гоголевское «хоть три года скачи…») вдруг почему-то стал очень популярным. И все это произошло из-за скандалов вокруг него благодаря харизматичной личности Андрея Артуровича.

Завод был построен в 2008 году с нуля. Он не стал объектом вокруг существующего производства или объектом, на котором всплыло приХватизированное оборудование, а был возведен на участке, на котором вырубили специально по этому случаю тайгу. Первыми акционерами компании были реальные европейские инвесторы (две трети капитала), ещё треть принадлежала российским региональным предпринимателям.

Мощность производства составляла 200 тыс. тонн нефтепереработки в год. Акционеры закупили оборудование и провели все подготовительные мероприятия для увеличения объема переработки ровно в два раза, но в дальнейшем, в марте 2011 года, состоялась продажа завода кипрской структуре, 100 % акционером которой был Кнауб. Стоит отметить, что средств на покупку завода у него явно не было. Похоже, что харизматичный делец с легкостью уговорил небезызвестного Дмитрия Мазурова одолжить ему денег на покупку завода под обещание в дальнейшем быть собственниками вышеуказанного предприятия в равных долях. В общем, обещал…

У Дмитрия Мазурова, который был руководителем проекта развития другого нефтеперерабатывающего предприятия, деньги в тот момент были. Он мог легко и незаметно для основных акционеров отвлечь на несколько месяцев сумму порядка 80 млн долларов для финансирования покупки «Томскнефтепераработки». Идея, как мы видим, заключалась в следующем: купить завод на те самые временно привлеченные средства, оформить доли в собственность, на бумаге раздуть его капитализацию и потенциальную залоговую стоимость, получить кредит под залог предприятия.

Пошла активная разноплановая работа с банками, но дальше, цели у обоих партнеров вряд ли стыковались. А Задача Мазурова могла быть такой: без лишнего шума пустить часть средств на ликвидацию финансовой дыры, образовавшейся в его основном проекте и стать негласным совладельцем в целом перспективного нефтеперерабатывающего производства. Какой могла быть цель Кнауба? Вероятно, тогда он хотел стать единственным собственником и кинуть партнера!

Краткий экскурс в суть отношений между двумя очень эффективными бизнесменами: оба из Сургута, оба знали друг друга, одного круга. Кнауб, правда, немного постарше Мазурова, от того и считал последнего выскочкой. Видимо, не мог простить успеха с грандиозным проектом, в котором тот оказался волей судьбы. Разборки между бывшими товарищами и партнерами – сюжет отдельного романа, к которому приложили руку ни одна команда решальщиков всех мастей и званий.

Начало конфликта

Тем не менее Кнауб де-юре был единоличным конечным собственником нефтеперерабатывающего завода в Семилужках, а потом стал таковым де-факто. А что с банками? Кнауб лично никогда не договаривался с банками, так как ему бы кредит, какие бы он ни предлагал условия работы, никто бы, скорее всего, и не дал. Да, у него было умение расположить к себе людей, харизма на грани безумия (об этом еще поподробнее расскажем – всё то, что необходимо для первого разговора с незнакомыми людьми. А дальше? Опытным людям, особенно в области первичной нефтепереработки и, тем более, специалистам во вторичных процессах, стоило всего раз пообщаться с Андреем Артуровичем, как все сразу становилось на свои места. Впечатление о его скромных познаниях в нефтепереработке и бизнес-планировании, не могло не посещать каждого искушенного на этом поприще визиви Кнауба. Харизма, не подкрепленная не то, чтобы специальными познаниями, а даже хотя бы здравым смыслом и хоть какой-то толикой личной скромности. Двумя годами позже, вероятно по этой причине, ему было отказано в рефинансировании и получении нового кредита в «Новикомбанке».

В общем, о получении кредита в 2011 году договорился Дмитрий Мазуров, когда между ним и Кнаубом была договоренность о том, чтобы стать равноправным собственниками завода. Но на тот момент о реальном состоянии дел вряд ли было кому-то известно, кроме самого Кнауба. Получение банковского финансирования под эгидой пополнения оборотных средств на покупку сырья, вероятно, и послужило для него триггером для разрыва отношений с Мазуровым.

Ну, и что из этого получилось? До смены акционеров НПЗ «Томскнефтепереработка» был грамотно и аккуратно работающим предприятием, не имеющим проблем с законом, но с приходом Андрея Артуровича все изменилось…

Кажется, у новоявленного доки в нефтепереработке не было необходимого опыта ни в чем, что касается данной сферы: ни в управлении предприятием, ни, собственно, в процессах нефтепереработки, ни в экономике, ни в юридических, ни в технических вопросах. А самое главное, у Кнауба, похоже, так и не сформировалась квалифицированной команды для управления нефтеперерабатывающим заводом. За все время бремени этого эффективного собственника, на заводе он был всего лишь пару раз, да и те редкие визиты Кнауба на предприятие были осуществлены исключительно на частном авиачартере и длились не более 2-х часов.

В 2011-2012 годах реальная доходность практически на всех предприятиях данной отрасли была высокая на тонну сырья, по 4000-5000 рублей еще тех, по 35 рублей за доллар США. Вместо того, чтобы эту доходность вкладывать в развитие предприятия, из «Томскнефтепереработки» деньги выводились всеми доступными способами. По результатам судебных решений выходит, что Андрей Кнауб весьма вольно ими распоряжался: займы своей же кипрской компании (где он является 100% собственником), предоплата за оборудование этой же своей компании, псевдо-строительные подрядные работы, выполняемые в рамках целевых банковских кредитов и т.д. Все эти действия стали достоянием общественности и подробно описаны арбитражными управляющими в финансовом анализе, в судебном деле о банкротстве ООО «Томскнефтепереработка» до которого таки довели предприятие. Сведения послужили основанием для возбуждения уголовного дела в отношении Андрея Кнауба по преднамеренному банкротству предприятия. Деньги, которые банки дали заводу, уходили на что угодно, но на поддержание оборотной ликвидности мало что оставалось. Да, какая-то их часть пошла на возвращение долга Дмитрию Мазурову за покупку завода (дельцы всё-таки принудили нашего героя к какой-то дисциплине), но основной статьей расходования можно считать личные цели Кнауба, который скромностью, как мы уже указывали ранее, не отличался никогда.

Одних только частных авиачартеров туда-сюда по лондонам да всяким кап-феррам за 2 месяца насчитывалось порядка 40 штук. Отдыхать он мог позволить себе исключительно на самых дорогих курортах мира, на самых шикарных виллах за баснословные деньги. А ведь за использование банковских денег нужно отчитываться… Вот и затеял Андрей Артурович в 2012 году модернизацию завода, которая по итогу показала себя явно не продуманной – ни экономически, ни технически. Проектные решения были неграмотными. Только вот деньги, которые банки давали в качестве кредита предприятию, могли уходить опять же на личные нужды Кнауба. Одна только роскошная квартира в Казачьем переулке (Замоскворечье, ЦАО) чего стоила, тогда как строительство завода, судя по темпам работ, осуществлялось в основном за счет средств подрядчиков и контрагентов по поставкам нефти и нефтепродуктов.

Конец игры

Но сколько веревочке не виться…, жить на широкую ногу без соответствующей подпитки невозможно. В очередном транше по кредиту на строительство в рамках «модернизации» Кнаубу, судя по всему, было отказано по двум причинам. Первая: банкам стало известно реальное хозяйствование «бизнесмена» (когда отчетность аналогичных заводов была прибыльной, на ТНП – почти убыточная). И, самое главное: Кнауб впервые зашел в банк, кредитовавший его в течение года. В истории про высокотехнологичное производство, вторичные процессы, про объем переработки в 4 млн тонн нефти в год мог поверить только человек, далекий от реалий и нефтяного и финансового рынка. Представляется, что личность Андрея Кнауба произвела неизгладимое впечатление на президента банка, после чего была дана неутешительная для заемщика команда: «Этому – ни рубля!».

Ситуация уже была похожа на финансовую пирамиду. Кнауб лихорадочно начал искать хоть кого-то, кто бы ему дал денег. Но денег никто не хотел давать…Получается, Андрей Артурович довёл завод до банкротства? Долги были не только перед банками, но и перед подрядчиками, поставщиками нефти, покупателями нефтепродуктов… Всего кредиторская задолженность «Томскнефтепереработки» на тот момент составляла порядка 9 миллиардов рублей!!!

В начале 2014 году кредиторы увидели печальную картину: банкротство, усугубленное автобанкротством (по-видимому, кто-то надоумил комбинатора, чтобы его двадцатилетний сын (на тот момент – директор завода, другие уже не хотели ввязываться в это болото) подал самостоятельное заявление на банкротство предприятия в связи с существенным преобладанием долгов над активами. Завод уже не работал несколько месяцев из-за отсутствия сырья, а тут еще подоспело и судебное решение по иску Ростехнадзора (ведомство выявило грубые технологические нарушения в ходе проведенной ранее проверки). Деятельность предприятия была заморожена. 2 установки, которые были срезаны для реконструкции, не завершены, новая, третья установка, также не была достроена.

Картина постапокалиптическая: груды металлолома на площадке завода, полностью остановленная деятельность, полным отсутствием хоть одной живой души на производстве, с задолженностью по зарплате и отчислениям в пенсионный фонд, налогам, электроэнергии.

Как итог, в отношении Кнауба А.А. было возбуждено несколько уголовных дел, среди статей; невозврат валютной выручки (возбуждено по заявлению таможенного органа); мошенничество (возбуждено по заявлениям обманутых контрагентов).

Вот такая печальная картина сложилась в начале 2014 года… А Кнауб кричит про рейдерский захват завода!!! Смешно!!! Понимающие люди только улыбаются…

Нормализация

Кредиторы, действуя в рамках установленных законодательством о банкротстве процедур и правил, понимая, что только восстановление производственной деятельности на ТНП может создать условия для получения причитающейся с банкрота задолженности, постановили возобновить деятельность завода, находящегося в полуразрушенном состоянии. Для этого, путем объединенных усилий были пройдены все проверки надзорных органов и наконец-то запущен производственный цикл на предприятии в сентябре 2014 года.

Для кредиторов стали большим открытием подходы такого серьёзного предприятия к финансово-хозяйственному планированию. С точки зрения отчетных документов все долги казались весьма реальными ко взысканию. Однако, особенно в период с весны 2013 года, всё явно рисовалось и бралось «с потолка» с одной целью – лишь бы усыпить бдительность кредиторов и пользоваться безвозмездно предоставляемыми ими благами.

Всю подноготную о финансовых схемах, о перечислениях за рубеж, да и просто на откровенно обнальные конторы, кредиторы обнаружили в ходе обязательного публичного финансового анализа банкротного предприятия. Ранее понять глубину нестыковок просто не было возможности.

По материалам этого анализа, насколько можно понять, было возбуждено уголовное дело в отношении «эффективного собственника» о преднамеренном банкротстве ООО «ТНП». Сколько людей в одночасье испили горькую чашу должника, сколько профессионалов в своей сфере лишились всего: денег, бизнеса, доброго имени…

Сам себя перехитрил

1-го января 2015 года произошли резкие и серьезные изменения в законодательстве по регулированию налогообложения и тарифного регулирования в нефтяной отрасли: большой и малый «налоговые маневры», повышение железнодорожных тарифов на транспортировку нефтепродуктов, повышение тарифов на транспортировку нефти по системе магистральных нефтепродуктов, повышение ставок акцизов на нефтепродукты, расширение линейки подакцизных товаров. Доходность нефтепереработки моментально упала до нулевой и даже отрицательной. Однако благодаря слаженным действиям кредиторов, завод начал работать в новых условиях, адаптируясь к новым реалиям, вдалеке от надзора не особо эффективного прежнего собственника, сбежавшего, кстати, за границу догуливать «последние полмешка». Новое руководство завода не только поддерживало завод в рабочем состоянии, но и провело реальное совершенно легальное техническое перевооружение в целях увеличения глубины переработки и повышения качества выпускаемой продукции.

Со стороны кажется, что Кнауб же всё это время примерял на себя образ маркиза Карабаса из известной сказки Перро – не останавливались поиски новых партнеров, которых можно вовлечь в процесс, а также новых источников финансирования, которые можно направить в компанию; проводились новые встречи, придумывались новые комбинации, рисовались в воздухе новые замки... на 4 миллиона тонн переработки, давались клятвенные обещания сделать потенциального благодетеля партнером, уступить 10%, 25%, 50% в новом заводе ... Расчет у Кнауба, кажется, был тот же, что и у небезызвестного героя Попандопуло во всеми известной советской комедии: «Да бери все – я себе еще нарисую»!

Всё же мельницы богов мелют, хоть и неспешно, и вот, Андрей Артурович в связи с вышеупомянутыми уголовными делами был эпично задержан, как раз в той самой квартире на Казачьем переулке. Возможно, именно тогда он и начал вынашивать план мести кредиторам за «украденное счастье», за «игрушку», которую отняли. Одержимость этой идеей, практически маниакального характера, ведь Андрей Артурович мечтал стать таким же крутым, как Дмитрий Мазуров, который строил завод с мощностью переработки 9 млн. тонн в год и пользовался практически неограниченным финансовым ресурсом.

Как в СИЗО, так и перед следствием, Кнауб активно разыгрывал что-то похожее на психиатрическую карту: попросту хотел сыграть «в дурку» с одной из московских частных психиатрических клиник. Однако он и здесь себя перехитрил, не усвоив главный урок: люди не любят, когда их считают за дураков. Кстати, один из его аргументов – о том, что что он не отбыл в Лондон (по факту, отбыл потом, но об этом дальше), а пострадал за правду и только потому достоин нести бремя собственника ТНП, с точки зрения здоровой логики здорового читателя не выдерживает никакой критики.

Отсидев в СИЗО год (предельный допустимый срок), Кнауб начал «гастроли» по Москве. Это был поистине театр одного актера с шекспировским сюжетом трагедии об обездоленном кознями завистников рачительном и талантливом собственнике. Сыграно все было настолько мастерски, а актерского таланта ему в отличие от денег все-таки не занимать, что опять зазвучали разговоры о том, каким высокодоходным предприятием является «Томскнефтепереработка», какие золотые горы оно сулит инвестору – совладельцу, если Андрею Кнаубу помогут вернуться на завод.

Любому «артисту» нужна известность, к 2018 году, Кнауб, в рекламных целях, для создания благоприятного для себя имиджа и позитивного информационного бэкграунда и затеял, вероятно, череду публикаций, с которой мы и начали наше повествование. Очень возможно, что единственная цель этой затеи – очернить всех, кто, по его мнению, причастен к нормализации работы завода, на самое главное на фоне этих темных красок обелить себя любимого и попытаться снова получить в руки финансовые потоки. Здесь хочется заметить, что те, чьи репутации стал очернять Кнауб, поступили весьма опрометчиво и не дали достойный информационный отпор, ведь по меткому выражению в вольном переводе одного британского политика, (настоящего политика 20-го века У. Черчилля): «Ложь успевает обойти полмира, пока правда надевает штаны».

На фоне начатой в 2018 году информационной кампании Андрей Кнауб решил вернуться в страну. Однако дальше появились сведения, что в закрытых уголовных делах в отношении Кнауба А.А. обнаружились нарушения и даже злоупотребления, а дельцу «очень повезло» снова упорхнуть в Лондон.

А тем временем на ООО «Томскнефтепереработка» в рамках банкротного дела была осуществлена продажа основных производственных мощностей. У НПЗ появились новые владельцы, но это совсем не значит, что г-н Кнауб оставил свои мысли по поводу возврата НПЗ, который должен принадлежать, по его мнению, только ему. Так что ждем продолжения этой истории, а значит новых статей.

versia

Автор: Марьяна Заболотная

Версия страницы для печати  

Комментарии:

comments powered by Disqus
И снова дольщики 25 июня 2024 г., 15:06


Все новости